В истории каждой семьи есть свои герои, чьи имена и подвиги становятся моральным компасом для потомков. Для меня такими героями стали мои прабабушка и прадедушка, чья юность пришлась на самые страшные годы- годы Великой Отечественной войны. Их история- это не просто хроника военных лет, это повесть о стойкости, надежде и о том, как в кромешном аду может родиться любовь, способная согреть целую жизнь. Эту историю я храню в сердце и рассказываю от ее имени, как завещание из прошлого.

День, который разделил жизнь.

Тот день, 22 июня 1941 года, должен был стать праздничным. На аэродроме в городе Сольцы, где моя прабабушка работала с пятнадцати лет, ждали важных гостей из Москвы. Небо было ясным, все вокруг сияло чистотой после тщательной уборки. Но на рассвете мир взорвался. Вместо советских самолетов на горизонте появились чужие силуэты, и на подготовленный аэродром обрушился шквал бомб.

В одно мгновение рухнуло все: самолеты, готовые к мирным полетам, были объяты пламенем, а ее прежняя жизнь- уничтожена. «То, что было "до", уже не существовало»,- вспоминала она. Товарищи уговаривали ее бежать, но сердце звало домой. Короткая пробежка по знакомой улице обернулась первым ударом судьбы: родной дом стоял с выбитыми окнами, пустой и разоренный. По столу ходили их куры, а близких- никого. Холодный страх сжал сердце: неужели все потеряно?

Война и встреча, определившая судьбу.

С отрядом таких же, как она, оставшихся без крова и мирной жизни, она ушла в лес, присоединившись к партизанам, а затем- к легендарной 6-й воздушной армии Северо-Западного фронта под командованием маршала Жукова. Именно там, в горниле войны, она встретила его- Виктора Павловича Бабайлова.

Ей было 18, ему- 23. Он уже успел отслужить три года на Дальнем Востоке, а оттуда- прямиком на фронт. Он казался воплощением мужества и силы, но внутри скрывал добрую, семейную душу. В редкие тихие минуты они рассказывали друг другу о доме. Он- о родителях и шестерых братьях и сестрах из Краснополья, из которых к концу войны в живых останутся лишь четверо. Она- о маме, отце и пятерых братьях и сестрах, судьба которых была ей неизвестна. Война, несущая только тревогу и ненависть, подарила им чудо- любовь. Эта любовь стала их щитом, не позволявшим отчаяться и сломаться.

Пепелище и землянка надежды

В 1944 году, когда враг был отброшен от Новгородской области, ей разрешили съездить на родину, под Ленинград. Дорога к дому стала дорогой страха. И он оправдался: на месте родного дома она увидела лишь черное пепелище. Полчаса она простояла в немом отчаянии, рыдая от невыносимой боли утраты.

Но судьба сжалилась. К ней подошла соседка и, видя ее отчаяние, прошептала: «Твои живы!». Оказалось, уже три года родители ютились в лесной землянке. Сердце заколотилось в груди, смешались боль и безумная надежда. Соседка привела ее к яме, скрытой в чаще. Спустившись внутрь, она по щиколотку погрузилась в ледяную воду, но, подняв голову, увидела маму. Они бросились друг к другу в объятия.

А потом она увидела отца. И не узнала. Мужчине чуть за пятьдесят, он сидел сгорбленный, а его борода спускалась чуть ли не до колен. В этом старом деде она с трудом узнала того сильного отца, который провожал ее на работу на аэродром. Вечером мама рассказала страшную правду: младший брат Павлушка, 12-летний мальчишка, ушел с партизанами и был расстрелян. Старший, Нил, воевал в десантных войсках. Федор, Борис и Лида делили с родими этот сырой кров.

Новая жизнь на пепелище войны.

На следующий день, с болью разрывающегося сердца, она вернулась на фронт. Их часть перебросили в Польшу. И именно там, среди последних боев, она узнала ошеломляющую новость: оказывается, она уже два месяца была беременна. Война еще не кончилась, но жизнь уже брала свое.

Их любовь, рожденная в огне, стала символом победы жизни над смертью. Пройдя через ад бомбежек, потерь, страха и отчаяния, они не сломались, а нашли друг в друге опору и дали начало новой жизни- моей семье.

Я горжусь, что являюсь правнучкой этих сильных людей.